Горячее прошлое [сборник] - Николай Иванович Леонов

Спустя минуту Стас воскликнул:

– Вот он!

С левой стороны, за потоком встречных машин, можно было различить едва заметную прогалину среди деревьев. Это была даже не дорога, а скорее тропа.

Крячко круто вывернул руль влево, перед самым носом мчащейся фуры пересек шоссе и сполз на обочину. Водитель этой машины специально притормозил и погрозил нарушителю кулаком, но Стас не обернулся, не обратил на него никакого внимания. Он скатился с насыпи и въехал в лес. Черной машины и здесь не было видно. Крячко на секунду остановился, высунулся из кабины и услышал впереди звук мотора.

– Здесь он, голубчик! – удовлетворенно произнес Станислав. – Он, как видно, знает эти места. Я думаю, эта дорога должна выходить на другую трассу. Семенов стремится попасть туда и скрыться.

Лесная дорога заросла кустами, острые ветки торчали с обеих ее сторон. Кое-где поперек этой грунтовки валялись деревья. На кусты и торчащие ветки Крячко не обращал внимания. Оперативники то и дело слышали противный звук дерева, царапавшего кузов машины. Упавшие стволы Крячко пока что удавалось объезжать, как и водителю передней машины.

Но вот оперативники увидели, как джип остановился. Затем они поняли, почему это случилось. Огромная упавшая сосна полностью перегородила проезд. Объехать ее было невозможно.

Трое оперативников, не сговариваясь, выскочили из машины и, держа оружие наготове, быстро направились к джипу, застывшему впереди. Гуров осторожно подобрался к водительской дверце, резко распахнул ее. Машина была пуста.

– Выскочил этот гад! – произнес он. – А мы даже не заметили!

– Одно слово, профессионал, – отозвался Крячко. – Если бы эти его навыки еще бы шли на поимку преступников, то цены бы ему не было.

– Где его теперь искать? – упавшим голосом спросил лейтенант. – Мы даже не знаем, в какую сторону он побежал.

– Только не влево, – уверенно заявил Крячко. – За водительскую сторону я ручаюсь. Тут его точно не было.

– С моей стороны как будто что-то мелькнуло, – сказал Гуров. – Но только на миг.

– Значит, он не побежал ни влево, ни вправо, – заявил Крячко. – Стало быть, подался вперед. Пошли!

Оперативники обогнули джип и побежали по лесной дороге. Так они пролетели метров пятьдесят, потом Лев Иванович, не останавливаясь, ткнул вниз стволом пистолета. Там, на земле, влажной от прошедших дождей, явственно отпечатался след. Ни Крячко, ни Кляйнер ничего на это не сказали. Было ясно, что они на верном пути. Но Стас сделал из этого вывод. Он резко увеличил темп бега. Гуров и Кляйнер не поспевали за ним, стали отставать.

Задыхаясь, торопясь изо всех сил, они пробежали около двухсот метров. Тут полковник заметил, что его друг вдруг резко свернул влево. Он постарался запомнить место, где тот это сделал. Добежав туда, сыщик увидел едва заметную звериную тропку, уходившую в лес.

«Это не просто так! – мелькнуло у него в голове. – Где-то здесь, скорее всего, должна быть охотничья сторожка. Если так, то Семенов стремится туда. Теперь можно не держать такой высокий темп. Если беглец стремится попасть в какое-то определенное место, то и мы его не минуем. А вот что нас там ждет?»

По тропе они пробежали примерно полкилометра. Потом она нырнула вниз, в овраг, по дну которого протекал ручей.

Гуров и Кляйнер перескочили через него, взобрались на откос и увидели впереди низенький домик. Очевидно, это была та самая охотничья сторожка, о которой подумал Гуров.

В ту же секунду в сторожке прогремел выстрел. Лев Иванович сразу понял, что целью был не он и не Кляйнер, а Крячко, который приблизился к сторожке первым. Его охватила тревога за друга. Спустя минуту он понял, что она была не напрасной. Сыщик сделал еще несколько шагов вперед и увидел Стаса. Тот лежал на земле за деревом и закрывал ладонью рану на груди, пытался остановить кровь, которая лилась из простреленного легкого.

– Дьявол его возьми, задел меня все-таки, – пробормотал он.

– Да это не «задел» называется. Ты опасно ранен, – сердито проговорил Гуров. – Ладно, не говори ничего, лежи и помалкивай. Лейтенант!

– Слушаю вас, Лев Иванович, – отозвался Кляйнер.

Он примостился рядом с Гуровым, высунулся из-за дерева и наблюдал за сторожкой.

– Продолжай за ним следить, – распорядился полковник. – Если попробует уйти, стреляй на поражение. Оружие у тебя заряжено?

– Да, полный комплект, – ответил Кляйнер. – Я еще ни одного выстрела не сделал. Есть запасная обойма.

– Это хорошо. Выполняй. А я пока помогу товарищу. Давай, Стас, попробуем отползти немного назад. А то ты здесь лежишь как на витрине, весь на виду.

Он ухватил Крячко за куртку и потихоньку, плавно потянул его назад, за гребень склона. Там Гуров снял с друга куртку, поднял свитер, распахнул рубашку. Открылась рана, из которой толчками выплескивалась кровь.

Лев Иванович торопливо достал медицинский индивидуальный пакет, который всегда носил с собой, открыл его, промазал рану проспиртованной салфеткой, наложил толстый тампон, затем полностью снял с друга всю верхнюю одежду и туго перебинтовал грудь.

Во все время этой процедуры, довольно болезненной, Крячко не произнес ни одного слова, не издал ни единого звука. Но Гуров заметил, как побледнело его лицо. Это было вполне понятно. Стас потерял много крови.

Где-то в середине всей этой операции, занявшей не менее пятнадцати минут, Гуров услышал наверху выстрел, потом еще один и сразу несколько. Было похоже на то, что там, у сторожки, идет самый настоящий бой.

«Как бы моего лейтенанта тоже не подстрелили, – озабоченно подумал Гуров. – Этот капитан – хитрая сволочь. Он может выманить его на открытое место и тщательно прицелиться. Надо бы мне скорее туда, прийти на помощь Кляйнеру».

Он закончил перевязку, положил Крячко на куртку, накрыл его остатками свитера, сверху положил собственную куртку и строго сказал:

– Вот так, теперь лежи и не двигайся! Я отлучусь ненадолго. Надо довести задержание до конца. Потом обязательно вернусь. Молчи, не говори ничего!

Дав другу такое напутствие, сыщик достал оружие и быстро полез вверх, на гребень. К его удивлению, лейтенанта он на прежнем месте не обнаружил. Лишь кровавое пятно отмечало то место, где начался бой и Крячко получил рану. Но где же Кляйнер?

В этот момент, словно ответ на его вопрос, где-то слева прогремел выстрел. У Гурова отлегло от сердца. Выстрел означал, что лейтенант жив, что он продолжает вести бой.

Сыщик быстро направился в ту сторону, где раздался выстрел. Кляйнера он нашел с другой стороны сторожки, за новым укрытием.

– Ты чего дислокацию сменил? – спросил Лев Иванович.

– Чтобы Семенова остановить, – ответил Кляйнер. – Когда вы ушли, он попытался бежать. У сторожки, оказывается, с этой стороны окно